Необходимость доработки Закона о ренте в нашей стране назрела уже давно - это было понятно всем. И вот, некоторые изменения в Гражданский Кодекс РФ внесены. Но действительно ли теперь российские пенсионеры, решившие оформить ренту, могут чувствовать себя в полной безопасности? Комментирует глава коллегии адвокатов – Анатолий Владимирович Фурсов.
Еще в конце 2017 года Кабмин РФ активно обсуждал поправки в Закон о ренте, которые призваны были, по словам инициаторов проекта, защитить пенсионеров от мошенников. Мнения о подготовленном законопроекте полярно разделились, привлеченные к обсуждению специалисты активно выступили против отдельных нововведений. И вот дебаты окончились, а недоумение осталось: ведь пункт, вызвавший наибольшее количество нареканий со стороны профессионалов, уже прописан в одной из статей закона (поправки от 29.07.2018 к Гражданскому Кодексу РФ, ч.2).
Чтобы разобраться, что же пошло не так, и в чем состоит опасность для рентополучателей, мы пригласили к обсуждению Анатолия Фурсова, управляющего партнера Коллегии адвокатов «Домбровицкий и партнеры». Наш корреспондент решил выяснить, что же это за пункт, вызвавший в профессиональной среде такой резонанс?
- Хочу уточнить, что в ГК РФ обозначены три вида ренты: постоянная (ст. 589 ч. 2 ГК РФ), пожизненная (ст. 596 ч.2 ГК РФ) и пожизненное содержание с иждивением (ст. 601 ч.2 ГК РФ). Дмитрий Анатольевич Медведев, председатель Правительства Российской Федерации, предлагал применить ко всем этим трем видам ренты существенное ограничение: оставить право выступать в качестве рентодателей лишь частным лицам и некоммерческим организациям. Сейчас такое ограничение прописано только в Статье 589 ГК РФ и относится к получателям постоянной ренты. Если же данный запрет будет расширен и применен и к остальным видам ренты, то одиноким и малоимущим пенсионерам вообще лучше бы отказаться от мысли заключать договор ренты.
Почему так категорично, поясните?
– Как показывает практика, именно третий вариант ренты - Договор пожизненного содержания с иждивением - заключается в Российской Федерации наиболее часто. И в этом нет ничего удивительного: ведь рентовые отношения, в большинстве своем, выбирают одинокие пенсионеры, которым жизненно необходима регулярная помощь по хозяйству, повседневная забота и уход. Если такая помощь будет оказываться исключительно частными лицами, то совершенно непонятно, каким образом государство планирует осуществлять контроль за всеми этими лицами и их действиями. И где гарантии того, что граждане, взявшие на себя подобную ответственность, окажутся в состоянии обеспечить немощного пожилого человека всем необходимым - даже при условии, что их намерения вполне добросовестны? В то же время, компании, занимающиеся этим видом деятельности на коммерческой основе уже не первый год, располагают необходимым опытом работы и ресурсами (как финансовыми, так и человеческими), дабы скрасить последние годы жизни доверившихся им клиентов, сделать их старость спокойной и комфортной. И, уверяю вас, каждый шаг компании-рендодателя отслеживается не то что под лупой – под микроскопом, так что риски клиентов в данном случае стремятся к нулю. – прокомментировал Фурсов.
В чем же преимущества коммерческой структуры перед «частником»?
– По стандартному договору пожизненной ренты рентоплательщик несет только материальные обязательства - то есть выплачивает ежемесячные платежи и оплачивает коммунальные услуги. Однако в договоре можно прописать и патронатный уход, в котором нуждается подавляющее большинство пожилых людей. В нашей практике такие случаи сплошь и рядом, и мы знаем, как организовать содействие в каждом конкретном случае – от помощи по хозяйству до сопровождения. Например, у нас немало клиентов, которым требуется регулярно посещать врача, но при этом они не в состоянии сделать это самостоятельно. В таком случае, наша компания выделяет и транспорт, и сопровождающих. А одна пожилая женщина, к примеру, оговорила, что будет ездить раз в полгода на могилу к родственникам, которые похоронены в другой области. Так как ходит она с трудом, наши сотрудники не только доставляют ее на машине на место, но и везут в инвалидном кресле к нужному участку на кладбище. В таких поездках задействованы сразу несколько человек. Или такой пример: рентодателем было поставлено условие, что любимая кошка, после кончины пожилого человека, не отправится в приют, а будет жить в домашних условиях и при надлежащем уходе. Свои обязательства мы, как всегда, выполнили, а вот как повел бы себя «частник», и что стало бы с животным после смерти хозяина - большой вопрос.
То есть как отслеживать действия частного лица – непонятно?
– Вот именно. Когда речь идет о коммерческой организации, то все ее действия совершенно прозрачны. Все затраты – от ежемесячных выплат клиенту и коммунальных платежей до расходов на лекарства и последующего налогового вычета за них – официально проходят через бухгалтерию. На подтверждение каждого действия есть финансовые документы, которые очень легко проверить. Если же Договор пожизненного содержания заключает частное лицо, опасность финансовых махинаций возрастает многократно. Я уже не говорю о том, что у «частника», в конце концов, может элементарно не оказаться денег на необходимый уход за рентополучателем: так, цены на лекарства непрерывно растут, а пожилым людям они жизненно необходимы. Как можно гарантировать, что частное лицо справится с очередным витком инфляции? Да никак.
Возможно, в отношении частных рентододателей имело бы смысл подумать о лицензировании, ведь на основании Федерального закона от 04.05.2011 № 99-ФЗ даже услуги частных водителей требуют получения лицензии. Но почему-то такой очевидный ход наши законотворцы даже не рассматривают – говорит А. В. Фурсов.
Неужели не было предложено никакого механизма по контролю за «частниками»?
– В том-то и дело. С одной стороны, внесено предложение фактически запретить коммерческим организациям выступать плательщиками ренты. А с другой – ответа на самый
главный вопрос, как же защитить получателей ренты при сделках с частными лицами, так и не прозвучало. Причем необходимо учитывать, что наш контингент – это очень уязвимые люди, больные, немощные, пожилые. Оставлять старика один на один с недобросовестным рентодателем – преступно. Но никаких готовых решений у законодателей на этот счет как не было, так и нет. При «нулевом чтении» были озвучены лишь расплывчатые предложения «назначить ответственным за все» Минюст, прокуратуру, Роспотребнадзор, Минтруд или органы соцзащиты, а еще создать специально учрежденный для этого орган (очередную бюрократическую надстройку, на содержание которой будут уходить наши с вами налоги).
Так и не договорились?
– Увы. К единому мнению законотворцы не пришли, равно как и в вопросе о том, как исключить коррупционную составляющую в случае взаимодействия частника с госструктурой, например, с органами соцзащиты. И это тоже вопрос, требующий серьезнейшей проработки: ведь в том случае, если коммерческая компания выступает лишь посредником при заключении договора ренты, она кровно заинтересована в том, чтобы подобрать достойного рентодателя. Иначе, при невыполнении им своих обязательств, все претензии, в первую очередь, будут предъявлены к компании, организовавшей сделку. А вот чиновник, дающий разрешение за мзду, как показывают наши реалии, не рискует практически ничем. Так что остается только надеяться, что здравый смысл в этом непростом вопросе возобладает, мнение специалистов будет услышано, и поправки в Закон о ренте пойдут только на пользу пожилым людям.
…Рентные отношения известны в европейских странах еще со времен Средневековья. Правда, поначалу они были лишь изящным способом обойти запрет на процентные займы, то есть на ростовщичество. Но достаточно быстро, по историческим меркам, институт пожизненной ренты приобрел практически те же формы, что и в современном мире. А вот нашей стране никогда не везло в этом вопросе – в дореволюционном гражданском законодательстве институт ренты отсутствовал как факт, хотя вплоть до Октябрьского переворота 1917 года предпринимались попытки его легализовать. На всем протяжении Советской власти рента также фактически пребывала под запретом по вполне очевидным идеологическим мотивам, за исключением коротеньких периодов НЭПа и «оттепели» 60-х годов. И лишь с переходом России к рыночной экономике рентные отношения были закреплены в гражданском праве как самостоятельная конструкция. Но почему-то эта конструкция никак не желает становиться основательной, надежной, выверенной и удобной для пользования…Может, именно сейчас наступает тот переломный момент, когда пора придать Закону о ренте все эти характеристики?