15 февраля 2012 года по делу Мирзаева суд вынес решение о продлении срока содержания под стражей и возвращения уголовного дела прокурору «для устранения недостатков». В результате обвинение вернуло первоначальную ст. 111 ч.4 УК РФ - «причинение тяжкого вреда здоровью, причинившее смерть потерпевшего по неосторожности». Почему попытка изменения меры пресечения для Расула Мирзаева привела к «обратному эффекту»? Об этом в своей статье рассуждает адвокат, председатель коллегии адвокатов Пётр Домбровицкий
В августе 2011 года в Москве в районе клуба «Гараж» произошла ссора между чемпионом по восточным единоборствам Расулом Мирзаевым и студентом Иваном Агафоновым. Поводом ссоры стало якобы некорректное поведение по отношению к девушке Мирзаева. Не секрет, как принято на Кавказе отвечать за подобное оскорбление. Мирзаев ударил Агафонова кулаком, после чего тот упал. Через несколько дней Иван Агафонов скончался в больнице от травмы головы. Как установила судебно-медицинская экспертиза, потерпевший умер не от удара кулаком по голове, а от падения на землю и повреждения о твердую поверхность, которой может являться камень, асфальт, бетон и т.п.
По данном у факту было возбуждено уголовное дело по ст. 111 ч.4 УК РФ, т.е. «причинение тяжкого вреда здоровью, причинившее смерть потерпевшего по неосторожности». Такая статья предусматривает наказание до 15 лет лишения свободы и по существу является убийством. Мирзаев добровольно явился в следственные органы и был взят стражу в виду тяжести совершенного преступления. В январе 2012 года Следственный Комитет переквалифицировал действия Мирзаева на ст. 119 УК РФ «Причинение смерти по неосторожности», которая предусматривает наказание до 2 лет лишения свободы, т.к. не усмотрел в действиях Мирзаева состав преступления по ст. 111 ч.4 УК РФ о чем, было заявлено официально в средствах массовой информации представителем комитета Владимиром Маркиным. Казалось бы, все встало на свои места. Но не тут-то было.
В феврале 2012 года Мирзаев с помощью адвоката Алексея Грибенского обращается с ходатайством об изменении меры пресечения в Замоскворецкий районный суд. С точки зрения классической адвокатской защиты такое действие является ошибкой, причем – фатальной. Защита итак добилась многого – переквалификации. Попытка освобождения из-под стражи переполнила чашу терпения. Нельзя было недооценивать мнение общественности, потерпевших и самолюбие прокуратуры. Все дальнейшие события по делу немедленно это продемонстрировали. 13 февраля суд выносит решение об изменении меры пресечения Расулу, под залог 100 000 рублей. Потерпевшие, близкие родственники Агафонова, возмутились таким решением суда и – естественно - его обжаловали. Прокуратура также поддержала потерпевших. Мосгоросуд отменяет это решение и возвращает на новое рассмотрение. Какое будет новое решение суда? Для ответа на этот вопрос не надо быть прорицателем…
15 февраля 2012 года Мирзаева в спешном порядке доставляют в Замоскворецкий суд, предоставляют адвоката «со стороны», и суд выносит решение об продлении срока содержания под стражей и возвращения уголовного дела прокурору для устранения недостатков. Раннее эти недостатки казалось никто не замечал. Мирзаев обречённо возмущался по поводу отсутствия своего адвоката, однако его никто не слушал. Судья вынес свое суровое решение и удалился. Разве мог он поступить иначе в разрез мнения Мосгорсуда? В судебном заседании прокурор Алексей Смирнов, заявил, что первым решением по делу были нарушены законные права потерпевших… Интересно - какие? Но подробности не раскрыты. И весьма забавно прозвучало следующее: обвинительное заключение, утвержденное прокурором, составлено с грубыми нарушениями. Как такое могло произойти - тоже осталось «за кадром». Получается, что правая рука не ведала, что делает левая? Где это видано, чтобы наша прокуратура ошиблась? Из этого следует, что прокурор, утвердивший обвинительное заключение, должен понести ответственность. Но это либо из области фантастики, либо из области благих пожеланий.
Националисты всех мастей перед выборами пригрозили властям беспорядками, если Расулу Миразеву будет переквалифицировано обвинение. И власть сдалась. Представитель следственного комитета Владимир Маркин тут же объявил, что раннее как–то следователи упустили некоторые моменты, а вот теперь будет вновь предъявлено обвинение по ст. 111 ч.4 УК РФ. Таким образом по материалам этого дела можно сделать вывод: по желанию толпы можно менять наше право и - естественно - ответственность в ту или иную сторону. Как гласит пословица «Закон, что дышло, куда повернешь - туда и вышло». Тут, наверное, хотелось бы напомнить любителям манипулирования законом недалекую историю 30-40-х годов и к чему это привело впоследствии нашу страну. Вспомните также судьбу любителей манипулирования.